Я помню все, словно это было вчера, - сказала тетушка Вера. - Мне исполнилось тогда семнадцать лет, я была взрослой девушкой, но по-прежнему обожала сладкое, как ребенок . Игорь мне тоже ужасно нра- вился, и я придумала хитроумный план, чтобы его соблазнить.
      Однажды, придя в нашу сельскую лавку, чтобы забрать заказанные нашей семьей товары, я, поддавшись искушению, украла крохотную баночку меда, пока продавец Игорь отлучился в подсобку. Не успела я засунуть банку под юбку, как он вернулся, но после того как с ним попрощалась, слегка кивнув головой, и гордо направилась к двери, я вдруг почувствовала, что мне на плечи опустились две огромные ладони. Именно на это я и рассчитывала, все шло строго по плану, но я тем не менее вздрогнула и, распрямившись, попросила оставить меня в покое тем же невозмутимым тоном, каким разговаривала бы с любым назойливым болваном. Но Игорь спокойно наклонился ко мне, приблизив губы к самому уху.
      "Что-то у тебя сегодня странная походка, Вера", - прошептал он, легко приподнимая меня на цыпочки. Игорь ведь был огромного роста, настоящий богатырь. Я даже испугалась, что он порвет мне платье своими ручищами, но он быстренько меня отпустил и не спеша закрыл изнутри входную дверь. Тут уж я больше не могла оставаться невозмутимой: задрожала всем телом под тонким летним платьем, а потом и заплакала. Но Игоря это не разжалобило.
      "Давай-ка зайдем сюда", - решительно сказал он, толкая меня впереди себя за прилавок. Я была в полном отчаянии, поскольку всю весну того года я каждую субботу отказывалась с ним танцевать. Именно потому что он был такой симпатичный, я не хотела стать такой же легкой добычей, как все те девицы, которых он соблазнял и тут же бросал. Мне доставляло удовольствие делать вид, что я его не замечаю, поскольку было нетрудно заметить, что это его выводит из себя. Но вот теперь я, кажется, все испортила.
      "Ну, - сказал он, когда мы оказались в просторной подсобке, вдоль стен которой громоздились всевозможные товары, - куда ты спрятала то, что украла?"
      Я почувствовала, что краска стыда заливает мне все лицо, но не могла выдавить из себя ни слова. Игорь подошел ко мне вплотную, так что я задом уперлась в большой упаковочный стол, стоявший в центре комнаты. А когда его холщовая рубаха прижалась к моей груди, четко вырисовывавшейся под тонким платьем, я прикрыла свои полушария руками. Но Игорь не сдавался:
      "Ты сама достанешь или мне придется сделать это за тебя?"
      Я была настолько смущена, что не могла ничего ответить, да еще к тому же от страха свело ноги, хотя я в глубине души и надеялась, что он не посмеет. Но уже в следующий миг Игорь схватил подол платья и задрал его вверх, так что цветастые трусики стали единственным, что скрывало мою наготу.

Конечно же, я об этом слышала. Несколько лет тому назад Грейс Джонс изображала участницу этого действа в рекламной компании своего очередного альбома. Моя любовник и я частенько занимались любовью под ее "Теплую кожу".
     Но настоящего пип-шоу я никогда не видела. Даже не знала, существуют ли они до сих пор или остались в прошлом, как журналы "Бетти пейдж" или "Тит битс". Поэтому должна признать, что предложение моего любовника меня шокировало.
     - Ты действительно хочешь пойти в одно из этих мест? - я не могла поверить, что говорит он серьезно.
     Кто-то из приятелей рассказывал мне, что побывал в подобном заведении в Европе, куда ездил в отпуск. Смеясь, он рассказывал, как кто-то пылесосил одну из маленьких кабинок, тогда как девушка на маленьком подиуме возбуждала клиентов, занимавших соседние. Но это Европа. Я не думала, что и в Британии попытаются искать столь жалкую замену настоящему сексу.
     - Платить за то, чтобы смотреть на женщин, выставляющих себя напоказ? Это так... мерзко, - я представила себе темные, грязные кабинки, мужчин в плащах, подавшихся вперед, которые суетливо гоняли шкурку, не спуская глаз с незнакомой им женщиной за стеклом.
     Но, несмотря на возражения, во мне вспыхнула искорка интереса. Мерзко, да, но и любопытно.
     - Взглянуть, однако хочется, не правда ли? - он улыбнулся, чутко уловив мое настроение. - Я прослышал об одном заведении, оно только что открылось. И уже вошло в моду. Туда многие ходят. Будь уверена, нам не придется смотреть на старых шлюх в застиранном нижнем белье, которым платят по фунту за минуту.
     Я обняла его, подставила губы для поцелуя.
     - А откуда ты знаешь, что происходит в этих заведениях? - игриво спросила я, мысль о том, что мой любовник сидит в такой вот маленькой кабинке еще больше возбудила меня. - Ты там был?
     - Естественно, - без запинки ответил он. - Как-то после работы пошли туда с приятелями. Ради смеха. Давным давно. До того, как я встретил тебя.
     Я ему не поверила, но это не имело никакого значения. Я не хотела знать, чем он занимался в свободное от меня время. Те часы, что мы проводили вместе, а иногда и ночи в его роскошной квартире в Доклендсе, заметно оживляли мою довольно-таки обыденную жизнь. Его язык скользнул между моих губ и я всем телом прижалась к нему. Мне нравился идущий от него запах, нравились движения языка, изучавшего потаенные уголки моего рта. Я уже знала, что соглашусь пойти с ним. Я всегда делала все, что он хотел, потому что сама хотела того же. И еще потому, что он был молод и красив. Так что я с удовольствием потакала ему во всем.
     По вечерам Сохо сияет, как портовый город. Мне нравится тамошняя возбуждающая атмосфера, запахи, плывущие из дверей ресторанов, разноцветные неоновые вывески ночных клубов, увеселительных заведений, секс-шопов, продающих пластмассовые фаллосы, резиновые куклы, эротическое белье и многое, многое другое.

Он был злой и раздраженный в последнее время. Его, двадцативосьмилетнего военного офицера, Сергея Погодина, отслужившего четыре года на юге, загнали на Крайний север, в небольшой город. Прошло три дня, как он с женой Ольгой вселились в служебную квартиру, и ее нужно обживать и приводить в порядок, из-за этого настроение было еще отвратительнее. Спасало только то, что было лето, не такое жаркое как на юге, но терпимое северное лето, постоянный полярный день. Немного было непривычно, когда круглые сутки светло и солнце, но что поделать, служба есть служба.
     Жена ушла пройтись по магазинам, а Сергей сидел у открытого окна и курил, разглядывая дом напротив, его облезлый фасад, занавески в окнах напротив. Его внимание привлекла одна квартира, как раз напротив его окон. Шторы были открыты, солнце освещало комнату. Напротив окна, у стены стояла огромная кровать, застеленная черным покрывалом, слева на стене полка с книгами и музыкальным центром, справа - прикроватная тумбочка с ночником, напротив кровати телевизор, у стены столик и два кресла. Ему понравилось, что стены комнаты были увешены картинами и вьющимися цветами, которые опутывали всю комнату.
     "Квартира Казановы" - подумал Сергей, - "Типичное жилище героя-любовника, все для соблазнения женщин". Он обвел взглядом обшарпанные стены своей квартиры, старую софу и вздохнул. Выбрасывая окурок в окно, он заметил, как колыхнулись занавески в этой интересной квартире, поднятые сквозняком от входной двери. "Ну-ну, посмотрим, какой ты, Казанова" - Сергей снова присел у окна и закурил новую сигарету, ожидая появления загадочного хозяина. В комнату стремительно вошла, вместо ожидаемого Сергеем мужчины, молодая женщина. Бросив сумочку на кресло, щелкнув по музыкальному центру, она подошла к бару, плеснув в стакан какого-то напитка, стала неторопливо пить, покачиваясь под музыку.
     Лера сегодня вернулась домой рано. Отпросившись у начальника, сославшись на срочное дело, она вырвалась из душного кабинета проектного института, где работала инженером-чертежником и побежала домой, мечтая поскорей сбросить одежду и принять прохладный душ. Зайдя, домой, она бросила сумку в кресло, включила музыку, плеснула себе в стакан вина. Она жила одна, в однокомнатной квартире. Ей было двадцать пять лет, замуж она не собиралась, она была молода и красива, и если б не скучная работа, вообще было бы все прекрасно.
     Допив вино, Лера расколола волосы, они рассыпались по плечам, светло-русые, длиной почти до пояса. Сняла блузку, бюстгальтер, скинула юбку, чулки и трусики. Полюбовавшись на свое стройное молодое тело в зеркало на стене, подошла к окну, чтобы открыть форточку и вдруг увидела молодого мужчину, в окне напротив, который курил и смотрел прямо на нее.

Да, я люблю роскошь! Сегодня утром, когда Паша уезжал на работу, он опять меня укорял за расточительность, но я заплакала, и он пожалел меня. А все из-за того, что я устроила маленький аравийский оазис в нашей бильярдной. Я попросила Васю, моего личного водителя, сдвинуть все столы в угол, чтобы освободить побольше места. Купила через одну фирму несколько десятков больших пальм в кадках, искусственный фонтан, на который ушло больше двухсот бутылок французского шампанского (мне очень хотелось, чтобы из него било шампанское, а не простая вода), ну и еще там по мелочи, всякие там персидские ковры, настоящий белый песок из пустыни, палатку бедуина, живого верблюда...
     Мне кажется, что именно верблюд и вывел Пашу из себя. Если бы он смирно себе стоял возле палатки, пока я танцевала перед Пашей в полупрозрачных шароварах с вышивкой из золота, в синей, украшенной восточными узорами жилетке из плотного войлока без пуговиц, под которой соблазнительно раскачивались мои полные белые груди, а них позвякивало монисто, купленное мной еще в сентябре, когда мы с Пашей были в Париже... Ой, я опять отвлеклась.
     Так вот, если бы верблюд не плюнул в Пашу, то может быть он бы не стал мне выговаривать сегодня утром. Просто Паша такой человек, понимаете, он в правительстве страны один из главных начальников, он не может так просто сносить, когда ему в лицо плюют всякие там верблюды.
     Ну, я, конечно, стала его тут же утешать, а верблюда потихоньку увели его телохранители. Паша, правда, долго кипятился и дулся на меня почти все время, пока я вытирала шелковым шарфом его лицо, и отошел уже только в палатке на коврах, где я сделала ему массаж ароматическими маслами. Паша хотя и старше меня на тридцать лет, но мужчина видный, подтянутый, спортивный.
     Поэтому, когда я ему хорошо помассировала спину, он перевернулся лицом вверх, и я увидела, что его член уже наполовину стоит. Тогда я начала массировать его грудь, потихоньку спускаясь к животу, пока не увидела, что он очень сильно возбудился, и тогда я взяла его член в рот.
     Ну, он тут же начал громко сопеть, как марафонец на финише, как это всегда с ним бывает, но я сильно сжала колечком пальцы вокруг корня его пениса, и он немного успокоился. Я умею очень глубоко заглатывать член, так что мои губы доходят аж до его тяжелых, волосатых яичек. Паша вообще любит повторять, что я очень способная в сексе.
     Когда мы с ним познакомились на Мальте в прошлом году, где он меня отбил у Жоржа, я в первый же вечер села анусом на его несмазанный вазелином член (правда, я его хорошо намочила своими слюнями, пока сосала его), и Паша очень удивился, что я так легко приняла его внутрь. Ведь у него член очень длинный и толстый.
     Честно говоря, я занимаюсь анальным сексом уже три года, то есть с шестнадцати лет. Так что для меня нет с этим проблем, и мне даже нравится чувствовать себя до предела растянутой, наполненной мужской плотью в заднем проходе.
     Ну, в общем, я вдоволь наглоталась его члена, а когда увидела, что он уже почти кончает, я просто повернулась к нему задом и приняла позу "a levrette", как говаривал мой бывший друг Жорж, то есть по-собачьи. Нет, он конечно не француз, просто долго работал во Франции. Но именно он научил меня немножко говорить по-французски. Опять отвлеклась...

Витиана стояла перед стендом известной компьютерной фирмы, раздавая направо и налево рекламные листовки. Сегодня был последний день выставки, и оставшиеся часы тянулись нестерпимо долго. Витиана то и дело поглядывала на большие часы над входом в павильон.
     Ее стройная фигура притягивала внимание посетителей, ей приветливо улыбались, некоторые молодые люди, из тех что понахальнее, иногда пытались заговорить с ней, но Витиана всем отвечала одинаковой дежурной улыбкой или протягивала еще одну листовку.
     Откуда-то сбоку неожиданно выскочил Леонидов.
     - Слушай, для тебя есть партийное задание! - он быстро оглянулся по сторонам, приблизил к ней свое жирное, блестящее от пота лицо. Глаза за мутными стеклами очков быстро-быстро заморгали.
     - Сюда щас придет один японец: зовут Мурауэ Коити: будешь звать его просто Коити-сан, ясно? - он перевел дух, опять повертел головой по сторонам и продолжил: "Мы хотим с ним заключить контракт на поставку партии мониторов без предоплаты. Ты нам должна помочь. Пойдешь с ним в ресторан, потом он пригласит тебя в гостиницу."
     - В гостиницу? - Витиана округлила свои и без того огромные синие глаза.
     - Ну, да, в гостиницу, - Леонидов нетерпеливо засопел. - Шеф приказал выдать тебе авансом тыщу баксов.
     Витиана почувствовала, как он втолкнул ей в ладонь свернутые трубочкой купюры.
     "Ничего ж себе, тысяча долларов! За три дня работы на выставке заплатили только пятьдесят:" Витиана почувствовала, что у нее закружилась голова. Но ее тут же вернул к реальности грубый Леонидов, дернув ее за руку, чтобы заставить себя слушать.
     - Шеф сказал, чтобы ты ему ни в чем не отказывала, понятно? Если подпишешь контракт, получишь еще две штуки и повышение, нет - будешь тут же уволена!
     - А как я с ним буду общаться? - почти жалобно проговорила девушка, нервно сжав в кулаке свой аванс.
     - Ничего, он говорит по-русски, - успокоил ее Леонидов и опять угрожающе добавил: "Ни в чем не отказывать!".
     Он нырнул за их стенд, тут же выскочил обратно с другой стороны и зашипел на нее: "Все, уже идут! Улыбайся, когда вас будут знакомить!"
     Проход между стендами, еще минуту назад заполненный толкающимися посетителями, как-то сам по себе быстро расчистился, и Витиана увидела небольшую группу людей в строгих черных костюмах. Немного впереди шагал шеф, генеральный директор их фирмы Константинов Алексей Павлович. Сейчас на его лице застыла странная заискивающая улыбка, поразившая Витиану, которая привыкла видеть директора надменным, властным, презрительно кривящим губы, но уж никак не беспрестанно кланяющимся и не сюсюкающим.
     Объектом его почтительного внимания был низенький мужчина явно восточного типа с большими квадратными очками в ослепительно блестевшей золотой оправе. Это и был тот самый японец, которого Витиане предстояло обхаживать весь вечер.
     Она пришла на работу совсем недавно, меньше месяца назад, но уже при собеседовании, которое шеф решил провести лично, она узнала, что ей придется выполнять щекотливые поручения.

Трусики - неотъемлемая часть одежды практически для всех дам. Этот предмет женского белья хранит в себе массу секретов, различных таинств и нежных, чувственных переживаний. Их форма, цвет также разнообразны и непредсказуемы, как и сама женщина. Трусики отображают внутренний мир своей владелицы, её характер, настроение. Они, словно макияж, подчёркивают внешние очертания фигуры, строгие линии тела, плавно сливаются и дополняют их. И, наконец, они скрывают под собой самую сокровенную частичку женщины - её прекрасную, нежную вагину, идеально гладкий и шелковистый, а иногда, слегка пушистый, покрытый густыми волосками лобок. Тонкая ткань трусиков защищает эти прелести от случайных, нелепых взглядов, накладывая, таким образом, некое табу и будоража воображение увидевшего их. Большинство женщин относится к выбору белья очень внимательно и скрупулёзно, не смотря на то, что мало, кто имеет честь лицезреть красоту выбранной ими модели. Мужья, любовники, подружки - не играют главенствующих ролей в сознании дамы, когда она, с утра подходит к своему шкафчику и достаёт нужные для неё трусики. В этот момент она руководствуется собственными чувствами, возможными ситуациями, которые могут произойти с ней на протяжении дня.
     Но главное то, что женщине не должно быть стыдно, если кто-то заметит, что у неё под юбкой. Её киска будет надежно прикрыта красивыми и дорогими трусиками, украшающими промежность. Они вселяют некую уверенность и гордость за себя, поскольку только подчёркивают всю прелесть, скрывающуюся под ними. На самом деле, женщине даже приятно, если кто-то, особенно незнакомый мужчина, случайно бросит взгляд на приподнятое от ветра платье, например, и увидит в каких она сегодня трусиках. Это происходит нечасто, но когда случается, то заставляет проснуться воображению. Дама знает, что на неё обратили внимание в пикантной ситуации и непременно думают сейчас о ней и о том, что находится у неё между ног. Подобные мысли придают маленькое сексуальное возбуждение и удовлетворение оттого, что мужчина по достоинству оценил её вкус в выборе белья. Особенного, приятного волнения придают прозрачные трусики. Настоящая женщина чувствует себя в них королевой, которой подвластны самые бурные и невероятные фантазии. Она, нередко сама провоцирует мужчин подсмотреть за ней, понаблюдать за тем, как их взору открывается сочная ложбинка, обтянутая прозрачной тканью...

Все началось с того, как я устроился работать на свою прежнюю работу, на которой проходил практику во время учебы. У нас большая комната в которой имеется два огромных окна, народу настам помешалось семь человек. По началу коллектив меня бесил одна старая бабка, сущая стерва, хитрая с подлецой, три грамотных мужика, но любители выпить. Была там еще одна дама с "трудной" нервной системой и еще одна женщина вдова, лет сорока пяти плюс минус пять лет. Она была основательно глупа по жизни, но работать принципе умела. Я сначала не обращал на нее, да и вообще на них всех никакого внимания, мне было пофигу на них всех. Потом как-то мы остались после работы в офисе , у нас оставалась какая-то незначительная работа и мы сидели и занимались каждый своими делами. Я вообще не лезу в дела отдела и мне все равно что они делают. Я решил попить чай и поставил чайник, когда чайник закипел я налил себе чаю, она подошла ко мне так как чайник находился вблизи от меня. Вдруг у меня зазвонил мобильник и я вскочил и мы с ней столкнулись, я конечно не успел ответить на звонок так как пришлось помочь ей собрать рассыпавшуюся заварку. Потом она себе налила чаю и мы как-то разговорились. Между тем стало поздно и мы стали собираться домой, она живет в Раменском что под Москвой в срока минутах езды на электричке. Я проводил ее до станции и собирался идти в метро, как она мне предложила поехать к ней домой и выпить чаю с тортом или еще чего по крепче. Я подумал и согласился, мы доехали до ее станции, в электричке я выпил банку ром-колы. Через десять минут ходьбы по темным улицам мы были у нее дома.
     Она вскипятила чайник и налила на чаю, потом приготовила поесть и налила в две рюмки по 50 г. ледяной водки. Мы поели, выпили примерно по 100-150г. поговорили, посмеялись над нашими начальниками и я сказал что очень устал и хочу спать. Она постелила мне в маленькой комнате на небольшом полуторном диванчике, я сходил в ванну и лег спать пожелав ей спокойной ночи, она в тот момент читала книгу лежа в кровати. Я лег и не заметил, как уснул.

Как-то перед сессией надо было мне зайти к папе в офис распечатать курсовые. Сделать это я намеревался в выходной, когда там никого нет и, соответственно, никто не мешает.
     Работает у них в офисе одна типичная секретарша, Олей звать, я ее пару раз до этого видел. Типичная потому, что ножки, как полагается от ушей, кукольное личико, ухоженные ручки и обаятельный голосок. Но дела мне до папиных секретарш не было, поэтому к ней я особо и не присматривался. А вот когда пришел в офис, застал ее играющей с полной самоотдачей в lines. Больше никого не было, волей - не волей разговорились, Оля оказалось очень интересной девушкой, мне даже показалось удивительным, почему она работает секретаршей: у меня всегда эта профессия ассоциировалась с вполне определенными и нехитроумными требованиями. Через два часа беседы мы уже непринужденно разговаривали и я не мог отказать себе в удовольствии наслаждаться видом ее выреза на блузке и стройными ножками, то и дело показывающимися в разрезе длинной юбки. Но я никак не мог отделаться от мысли, что она мне дразнит: то я читал в ее взгляде откровенное: "трахни меня", то она как будто хотела сказать: "я не для тебя, можешь и не мечтать".
     - Слушай - сказала Оля, - почему мужчины такие нерешительные?
     Это уже было кое-что, Оля пристально смотрела в глаза и, казалось, чего-то ждала от меня.
     - Почему нерешительные? - переспросил я, - просто нам не дают повода.
     - А тебе нужен повод? - настаивала Оля.
     Я почему-то не нашелся, что ответить: Оля сидела возле меня на соседнем кресле и все мое внимание было приковано к ее восхитительным грудям, показавшимся в разрезе блузки. Неожиданно она протянула руку к моей ширинке и ловко расстегнув ее взяла в ладошку давно уже вставший член. Слегка подрачив его она встала и сев передо мной на корточки стала обсасывать головку, при этом причмокивая неизменно смотря при этом в глаза. К этому моменту мне уже было все равно, что из всего этого выйдет, я хотел только одного: оттрахать эту сучку, чтоб он на долго это запомнила. Оля старательно заглатывала, практически полностью вбирая мой член в рот, чем доставляла неописуемое удовольствие. Почувствовал, что вот-вот кончу я притянул ее голову, но она тут же отстранилась от члена, встала и лукаво улыбаясь спросила:
     - Это достаточный повод?
     Не дождавшись ответа она села в другое кресло и, слегка подобрав юбку, положила свои восхитительные ножки на подлокотники. Что ж, подумал я, сейчас ты у меня просить будешь чтоб я разрешил тебе кончить. Пришлось подойти к Оле, и присев возле нее обнажить ее ножки, она помогла это сделать приподняв попку, тем самым позволив собрать юбку в районе пояса. Очаровательная картина, разведенные в стороны ножки, белоснежные кружевные трусики и полный желания взгляд. Я не торопясь провел тыльной стороной ладони по ее промокшим трусикам, чем вызвал томное "ааа...". Оля уже сама помогла мне их снять и взяв мою руку положила себе на влагалище.