- Так, девачки, капаим, капаим… Если вы хатити защитить дипломы – нужна капать глубжы. Чем глубжы капаити – тем большы вираятнасть находки.
- А какой находки, прафессар?
- Блять, Лола, ну ты што, дура? Мы тута хто?
- Зимликопы?
- Дура блять! Мы ар-хе-о-ло-ги! Запомнило, ибанутае саздание?
- Да, прафессар, извените.
- Ха блять! Извените! А вот хуй я тибе извеню. Вечирам ка мне в палатку прийдеш – будиш сасать. Насасеш извенение – пращу, нинасасеш – вылетиш к едрене бабужке из университета.
- Прафессар? Каг можна? Я ведь исчо целка!
- Дуро ты ибанутое!!! Я тебе пра «сасать» гаварил, а не «ибать»! Госпади, с какими дибилами приходиццо работать…
- А-а-а-а-а… Ну тада ладна, приду.

Шол уже 39-й день раскопак. Бильгийские студенты, нипривыкшые к жаре, каторая царила на турецкам пабирежьи, проста изнывали ат далбаибизма, каторым им прихадилась сдесь занимацца. Их привизли в Турцею и заставили тупа капать. Причом нихто ниабъяснил, што нужна искать – то ли нефть, то ли гас, то ли исчо што-либо. Никаких находак на пратижении фсиво времени капания ниаказалас, за исключением серавадарода, избытак каторава время ат времени выхадил из жоп надарвавшыхся ат работы студентак.

- А-а-а-а-а!!! Бля!!! Нашла бля!!! – Лола громка заарала, зацыпиф киркой какую-та паеботину в песке.
- Што нашла-та? – Кетрин падлитела к Лоле и тупа уставилас на ибальнег Лолы.
- Да хуй иво знаит, чо! Ща пасмотрим. Давай памаги мине.
Девачки прыгнули в яму и начали веничками аккуратна абмитать какой-та придмет.
- Слы, Лола, чо-та мине эта напаминаит, – с заинтирисаванным взглядам сказали Кетрин.
- Да вот и я сматрю – што-та знакомае, – атветила падруга.
- Йобана врот!
- Чо?!
- Дык эта ж хуй!
- Да ну нахуй! Я вчерась у прафессара атцасывала и видила, чо такое хуй, а эта хуйала размерам с метр – Лола нидауменна пасматрела на падругу.
- Нет, Лола!  Эта самый шо нинасеть хуй! Я тибе с атвецтвеннастью заивляю.
- Ух ты! Настаящий?!
- Какой фпесду настаящий? Стал бы настаящий хуй в песке лижать! Настаящий хуй фсикда стаит – мине мамо рассказывала. И он красный, а инагда фиалетавый. А этат сматри какой – мрамарный, заебатава качиства и надписью на пузе, а бальшой какой – я ибу!
- Нада прафессара пазвать. Вот радасти-та будит! Он нам сразу па диплому защиту паставит.
- Ага, каг рас! Жди!
- А чо мы с ним будим делать?
- Увидиш. Давай, памаги мне затащить иво в палатку.

На земли Турцеи нислышна надвигался вечир. Каждый занимался сваим – евнухи вили наложниц к сваим хазяивам, вирблюды жрали какие-та растения, напаминающие кактусы, прафессар в сваей палатке правадил ликбез атсоса ачиридной студентке… И толька в самай дальней ат лагиря палатке были слышны томные пастанывания – студентки станавились настаящими археолагами. «Бох мой, как правы были кетаянки, аписывая в сваих трактатах нифритавый стержынь – думала Лола, запихивая найдиный хуй себе фпесду, - И как нисчасны ани из-за таво, што нипазнали стержня мрамарнава…» Внизапна ие настиг аргазм и в парыве страсти ана, сама нипанимая пачиму, фскричала: «О-о-о-о!!! Марк Аврелий!!!» 
  Источник - http://president.org.ua/news/news-204064

аффтар: Чорный благер