-Вадитель эвакуатора, премите вправо и остановитесь, блять! – заученно, без запинки выдал пендосский палицейский, и видя, што буксировщик начал астанавливаться, растянул лыбу до ушей. – Ишь какой пакладистый папался!- дабавил ево напарнек.
- Так, нарушаем значит? – глядя в лецо вадиле эвакуатара, и гадливо лыбясь начал тварить палицейский праизвол мент. «Слышь, напарнек, я атойду пасрать, а то гамбургир просится на волю, если че, стриляй, блять па этаму педоразу» раздался у нево в ушах голас удаляющевося напарнека.

- Ну и чиво ты да меня даебался, урод? - мягка, чтобы не осложнять сетуацыю спросил вадила. – Какаина у меня нету, да и ваабще у миня нихуя нету. И денек я тибе не дам, блять! Педар… ой прастите- спохватился он, но было уже позна.
-Нет такова слова «педараз» а есть слово «гей», блять. За низнание великава омириканскава языка я пакараю тибя страшнай карой, и выпишу тибе квиток, блять! Дааа! Имена квиток!- видя как перекосило лецо водилы, злорадствовал коп.

Мент прготовился насладится небывалым (как ему паказалось)ужасом сваей жертвы, но тут у нево зазвонил тилифон.
- Але, нахуй!- недовольно ответил он. - Да, мама, эта я. Че? А, да, стул нармальный! Сру, гаварю, нармальна! Напарнег? Нет, он срет пахуже…

Пока он пездел, вадила в паследний раз пасматрев на свой квиток, яростно вытер им себе заднецу. Затем, не удовлетворив свое чувтво гнева, он решил вдовесок спиздеть их патрульный пепелац, тем более што эвакуатор ахуенна падхадил для этих целей. Не долго думая он заарканил машинко палицейских, припаднял над зимлей и, садясь в кобину, штобы съебаться атсюда, услышал:
- Ах ты, ебаный гандон! А ну-ка паставь где лижало! Эта преказ, сука! Я сийчас палицею вызаву, хулеган!- это закончив песдеть па трубе, начал песдеть в сторану вадилы коп. Естественна в атвет он услышал «Хуй тебе, гей, бля!»

- Напарнег!!! Наапаарнеек!!! – провирещал в слепом ужосе коп.
На ево крик в кустах раздалось ацкий шум и на дарогу выскачил в спущенных штонах и с песталетом наголо, ево кент! След, змеившийся за ним, сваей площадью гаварил о том что ево всполошили где-то в самом начале працесса. Причем после таво, как он увидел, што их пепелац эвакуирывают, след увеличился, причем очень резка.

-Ты, эта, не балуй, блять! Атпусти машинко. Я прашу тибя- сжимая иза всех сил булки замямлил напарнек.
-Ладна, хуй с табой, иди атцепляй, но имейте в виду, педарасы, я сийчас наберу один номер и вам всем пиздец! Да, имена пиздец, патаму што я пазваню мэнэджеру па эвакуированию, нах! А эта вам не хуй сабачий! – Але, бля! Эта вадитель эвакуатара! Мне тут гей с гандоном не дают ывакуировать машинко! Пачиму? Да патамушта они пидарасы!
- Это вас, сэр- пратягивая трубу менту оскалился эвакуаторщек.

После разгавора с палицейскими, павелитель эвакуаторщеков абразумил нашева вадилу (видима какой-та сваей угрозой, типа, «мы тибя парвем нахуй двумя эвакуатарами, блять»), и тот наканец сагласился дабравольна атпустить ментовское машинко. Аригинал туд

Аффтор: ЮГ